народ поверил в рыночную благодать

___Генеральный директор нашей компании “ТехноИнжениринг.РФ” пишет для повышения квалификации специалистов: 
___Жульническое приравнивание всей антимарксистской мерзости казённого советского обществоведения и чиновно-воровской общественной практики к марксизму необходимо новым хозяевам жизни для того, чтобы народ поверил в рыночную благодать и смирился с грядущим благоденствием в капиталистическом раю. Поэтому разоблачение квазимарксистского характера советского обществоведения имеет своей целью не борьбу с отжившей своё время, реликтовой казённой ортодоксией приснопамятных времен, а борьбу с нынешней буржуазной реакцией.
___Вышеупомянутой терминологии бывшего генсека бывшей руководящей и направляющей удивляться не приходится, если в советском обществоведении нарушались азбучные требования философской методологии марксизма, явно или неявно игнорировались его азбучные положения. Это лучше всего иллюстрируется способами объяснения социальных пороков советского общества советским казённым обществоведением. Отвлекаясь от бесчисленных деталей конкретно-экономического, социальнопсихологического, нравственно-этического религиозного характера, в которых тонули историки и пропагандисты, строившие на них свои конкретные системы объяснения и защищавшие на этом диссертации, все эти способы объяснения можно разбить на два типа, которые то порознь, то в различных комбинациях друг с другом эксплуатировались советским обществоведением и официальной пропагандой на протяжении десятков лет.
___Первый из них состоял в том, что причиной воспроизводства социальных бедствий и пороков (воровство, казнокрадство, взяточничество, проституция, карьеризм и дикий произвол чиновников и т.п.) является отставание сознания от бытия. Дескать, бытие, под которым подразумевались производственные отношения в их официальном изображении, резюмировавшиеся в термине “общественная собственность”, которую приравнивали к государственной бюрократической собственности, после 1917 г. изменились, а сознание осталось прежним, отягощенным частнособственническими предрассудками и частно-собственнической психологией. Этот способ объяснения, эксплуатировавшийся особенно широко в сталинские времена и спекулировавший на правильном тезисе об отставании сознания от бытия, на самом деле представлял собой не марксизм, а замаскированный объективный идеализм. В самом деле, такой способ объяснения годился только для объяснения сохранения в течение некоторого времени частнособственнической психологии и порожденных ею пороков, но не для объяснения их воспроизводства в расширенном масштабе и с кумулятивным эффектом, как это имело место в советской действительности. Двух-трех десятков лет советской истории (как раз столько правили Сталин и КО) для человека с материалистическим пониманием истории было вполне достаточно, чтобы усомниться в правильности такого объяснения. Человек, убеждённый в том, что общественное бытие, т.е. производственные отношения, определяет сознание людей, а не наоборот, что частная собственность, в которой резюмируется определённый строй производственных отношений, есть мать всех зол и бед, видя расширенное воспроизводство всяких социальных бедствий и пороков, должен был бы поставить вопрос, нет ли в самом советском бытие, т.е. в самих производственных отношениях и закрепляющих их политических и общественных организациях, причин, систематически порождающих и воспроизводящих эти пороки, и действительно ли у нас существует общественная собственность, а не нечто весьма отличное от нее? Постановка таких вопросов вела прямёхонько в ГУЛАГ, так как развенчивала революционные иллюзии одних и разоблачала каннибальскую практику других. Против таких мудрствований одинаково восставали и революционные романтики, упорно выдававшие желаемое за действительное, и политические проходимцы, спекулировавшие на вере людей в коммунизм, как католические епископы и кардиналы спекулировали на христианской вере. Последовательное развитие этих сомнений в логике вопросов, соответствующей диалектико-материалистическому пониманию истории, приводило к отрицанию самого существования общественной собственности в СССР, а след., к отрицанию или по крайней мере к сомнению в социалистическом характере общественных отношений в Советском Союзе, подвергало отрицанию или сомнению пролетарски-крестьянский характер советского государства, официальную картину социальной структуры советского общества, представительство интересов трудового люда в советском государстве и в коммунистической партии, марксистский характер этой партии.
___ 
___________________________________________
Запись опубликована в рубрике Философия науки в промышленности с метками . Добавьте в закладки постоянную ссылку.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *